Главная / Архив номеров / № 9 (62) 2009 /Статья «Снятие корпоративной вуали» в проекте Концепции развития законодательства о юридических лицах

«Снятие корпоративной вуали» в проекте Концепции развития законодательства о юридических лицах

Автор: Карнаков Я. В.

Опубликовано: Российское право: образование, практика, наука № 9 (62) 2009

Страницы: 31-36

Карнаков Ярослав ВалерьевичКарнаков Ярослав Валерьевич, юрист

Корпоративная форма, к которой в российском праве, вне всякого сомнения, относятся хозяйственные общества, является чрезвычайно востребованной правовой конструкцией при выборе организационной формы ведения бизнеса. Популярность корпоративной формы может быть объяснена несколькими причинами, среди которых важное место занимается институт ограниченной ответственности участников корпорации. «Обычно говорят, что акционеры, как правило, несут ограниченную ответственность по долгам корпорации. Действительно, акционеры обычно не несут ответственности по долгам корпорации: согласно современным законам (отдельных штатов о корпорациях. – прим. авт. – Я.К.) риск акционера, как правило, ограничен размером его инвестиций – то есть, самое большое, что акционер может потерять, даже если корпорация не будет успешной, - это цена, которую акционер заплатил за свои акции»[1]. Следует особо оговориться, что ограниченную ответственность несут именно участники корпорации, но не сама корпорация. Как отмечается в ставшей уже классической монографии «Экономическая структура корпоративного права», «корпорации не несут «ограниченную ответственность»; они должны отвечать по своим долгам также, как и все… Когда говорят, что ответственность является «ограниченной» имеется в виду, что инвесторы в корпорации не отвечают по долгам корпорации в размере большем, чем та сумма, которую они инвестировали…»[2].   

Вместе с тем правило об ограниченной ответственности участников корпорации по ее обязательствам не является абсолютным. В прецедентном праве американских судов[3]alterego)» его акционеров[6]. была разработана и включена в практику доктрина «снятия корпоративной вуали», которая позволяет возлагать ответственность по обязательствам корпорации на ее акционеров. Прецедентное право США также признает допустимым снятие корпоративной вуали и в отношении компаний с ограниченной ответственностью[4] В американской литературе по проблематике корпоративного права особо отмечается, что «как правило, корпорация может существовать и действовать как юридическое лицо или как отдельная юридическая личность, отличная от личности ее акционеров. Однако во многих ситуациях суды накладывают ограничения на данную привилегию. Эти ограничения обычно обозначаются терминами «игнорирование корпоративной фикции», «снятие корпоративной вуали» или «анализ сущности предпринимательской деятельности, нежели чем ее формы»[5]. Указанные ограничения также заключаются в признании судами того факта, что корпорация является просто «инструментом» или «другим я (.

Вместе с тем, произвольное возложение ответственности по долгам корпорации на ее участников является недопустимым, так как, в противном случае, корпоративная форма ведения бизнеса утратит свою привлекательность. Как отмечается в литературе, «до того момента, когда личная ответственность по контрактам и обязательствам корпорации может быть возложена на акционеров, должно существовать агентское отношение или

--31--

злоупотребление корпоративной привилегией для избежания ответственности по корпоративным обязательствам, так что следование концепции отдельной личности позволит санкционировать мошенничество или приведет к несправедливому результату»[7]. Иными словами, сам по себе один лишь факт недостаточности имущества у корпорации не является основанием для возложения ответственности по обязательствам такой корпорации на ее участников.

 

С одной стороны, идея «снятия корпоративной вуали» в настоящее время является одним из возможных и достаточно действенных способов защиты прав кредиторов; с другой стороны, «снятие корпоративной вуали» может быть использовано и против недобросовестных участников корпорации, которые могут рассчитывать на избежание ответственности по долгам корпорации в силу принципа ограниченной ответственности.

Следует отметить, что сама идея «снятия корпоративной вуали» была воспринята с интересом юристами во многих странах. Не стала исключением и Россия. Хотя, формально, доктрина «снятия корпоративной вуали» не получила своего признания в российском законодательстве, ее отдельные элементы могут быть обнаружены как в законодательных положениях[8], так и в судебной практике[9].

В соответствие с Указом Президента Российской Федерации от 18 июля 2008 года № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации» в настоящее время подготовлены и представлены для обсуждения среди представителей юридического сообщества несколько концепций развития и совершенствования российского гражданского законодательства, в том числе Концепция развития законодательства о юридических лицах (далее – «Концепция»)[10].

В проекте Концепции содержится предложение, согласно которому «нормы о «компаниях одного лица» (п. 2 ст. 88 и п. 6 ст. 98 ГК, а также соответствующие правила федеральных законов об акционерных обществах и об обществах с ограниченной ответственностью) необходимо дополнить правилами о субсидиарной ответственности учредителей и/или участников «компаний одного лица» по долгам (сделкам) таких юридических лиц при недостаточности у последних имущества, если хозяйственное общество совершало такие сделки (сделку) во исполнение воли (указаний) своего единственного учредителя (участника)»[11] «По сути, - отмечается в проекте Концепции, - это будет означать для данных ситуаций «снятие корпоративной маски» и распространение на такие отношения норм об ответственности основных («материнских») компаний по долгам дочерних (ст. 105 ГК)».[12].

Предложение, высказанное авторами проекта Концепции, в общем и целом вызывает одобрение по двум причинам. Во-первых, сама идея «снятия корпоративной вуали» позволяет предотвратить злоупотребления преимуществами корпоративной формы ведения бизнеса со стороны недобросовестных участников гражданского оборота[13]. Во-вторых, включение принципа «снятия корпоративной вуали» в российское корпоративное законодательство будет способствовать повышению защищенности интересов кредиторов корпорации.

Вместе с тем, идея «снятия корпоративной вуали» в том виде, в котором она содержится в проекте Концепции, вызывает серьезные замечания по трем причинам. Прежде всего, в проекте Концепции идею «снятия корпоративной вуали» предлагается установить лишь в отношении «компаний одного лица», что способно существенным образом ограничить сферу применения данного способа защиты интересов кредиторов. Достаточно просто ввести в состав второго акционера (участника), которому будет принадлежать, скажем, один процент акций или один процент долей в уставном капитале юридического лица, для того чтобы не было оснований для квалификации корпорации в качестве «компании одного лица». Между тем, данная проблема хорошо известна в корпоративном праве США. «Снятие корпоративной вуали» для возложения неограниченной ответственности становится более сложной, когда корпорация имеет более, чем одного акционера, и личную ответственность (по долгам корпорации. – прим. авт. – Я.К.) пытаются возложить на одного и более акционеров»[14]«хотя данная проблема (снятия корпоративной вуали. – прим. авт. – Я.К.) может быть представлена во множестве ситуаций, она часто возникает при попытке возложить ответственность по долгам одночленной корпорации на ее единственного акционера. За-. В литературе также отмечается, что

--32--

частую на единственного акционера пытаются возложить ответственность по долгам другой корпорации – материнской компании стопроцентной дочерней компании. Или на одну стопроцентно дочернюю компанию могут попытаться возложить ответственность за долги другой стопроцентно дочерней компании – «сестринские» дочерние компании одной и той же материнской компании»[15].   

Второй недостаток идеи «снятия корпоративной вуали» в том варианте, в котором она предложена в проекте Концепции, состоит в том, что, по мнению авторов проекта Концепции, возложение субсидиарной ответственности на учредителей/участников «компаний одного лица» возможно лишь «при недостаточности у последних имущества, если хозяйственное общество совершало такие сделки (сделку) во исполнение воли (указаний) своего единственного учредителя (участника)». Как видно, авторы проекта Концепции рассматривают два условия, при наличии которых возможно возложение ответственности по обязательствам хозяйственного общества на его участников (акционеров): 1) совершение хозяйственным обществом сделок во исполнение указаний своего единственного учредителя (участника); 2) недостаточность имущества у самого хозяйственного общества. Между тем такое основание для «снятия корпоративной вуали», как совершение хозяйственным обществом сделок во исполнение указаний своего единственного учредителя (участника) и недостаточность имущества у самого хозяйственного общества, является лишь одним из множества возможных. 

Прежде всего «снятие корпоративной вуали» возможно в ситуации, когда факторы дела свидетельствуют о том, что корпоративная фикция может и должна быть проигнорирована судом. Вот что говорится по этому поводу в ставшем уже хрестоматийном деле KinneyShoeCorp. v. Polan: «Мы признаем, что корпорация является лицом, отличным от его работников и акционеров, и что отдельные акционеры не отвечают по долгам корпорации … Данная концепция, однако, является юридической фикцией и в настоящее время хорошо признанным является факт того, что такая фикция будет проигнорирована, когда она используется не в соответствии с ее назначением и таким образом, что использование фикции повлечет за собой несправедливый результат … Верховный апелляционный суд штата Западная Виржиния разработал двухшаговый тест, который используется при определении необходимости снятия корпоративной вуали … Данный тест ставит два вопроса: во-первых, существует ли единство интересов и собственности в такой степени, что отдельные личности корпорации и индивидуального акционера перестают существовать; во вторых, возникнет ли несправедливость, если такие акты (повлекшие возникновение обязательства. – прим. авт. – Я.К.) будут рассматриваться исключительно, как акты только лишь самой корпорации …. Было указано множество факторов, которые имеют значение при ответе на данные вопросы… 1) Смешение денежных средств и прочего имущества корпорации с денежными средствами и прочим имуществом отдельных акционеров; 2) использование денежных средств и прочего имущества корпорации для удовлетворения личных целей акционеров корпорации; 3) невыполнение корпоративных формальностей, требуемых для выпуска, или подписки на, акции; 4) отдельный акционер заверяет третьих лиц в том, что он или она несет личную имущественную ответственность по обязательствам корпорации; 5) не ведение корпоративных протоколов и прочей корпоративной документации … 8) отсутствие у корпорации достаточного объема денежных средств… 9) отсутствие у корпорации имущества ….11) владение акциями корпорации одним или несколькими членами одной семьи; 12) использование того же офиса или места нахождения корпорацией и отдельным акционером (акционерами); 13) наём одних и тех же работников или юриста корпорацией и её акционерами … 15) игнорирование корпоративных формальностей и не поддержание надлежащих независимых отношений между взаимосвязанными лицами; 17) «переливание» корпоративных активов от одной корпорации её акционером или к такому акционеру или другим лицам или организациям в ущерб интересам кредиторов, либо манипулирование активами и пассивами между юридическими лицами, чтобы сконцентрировать активы в одном юридическом лице, а пассивы – в другом[16]alterego … состоит в ; 19) создание и «использование» корпорации для принятия на себя существующих обязательств другого лица»[17]. Как указывается в прецедентном праве американских судов, «эффект от применения доктрины

--33--

том, что корпорация и лицо, которое над ней доминирует, рассматриваются как одно лицо, так что любой акт одного из них приписывается обоим, и если любой из них является обязанным в силу контракта, судебного решения или иным образом, то оба являются одинаково обязанными…»[18].

В тоже время в одном из решений отмечается, что сам по себе факт соблюдения всех корпоративных процедур и формальностей не является достаточным основанием для освобождения акционера от ответственности по обязательствам корпорации: «рассмотрим, например, случай, когда корпорация с единственным акционером вела безупречные корпоративные документы, выполняла все формальности, предусмотренные корпоративным правом, и была обеспечена капиталом в достаточной степени. Акционер никогда не смешивал свои средства со средствами корпорации и никогда не принимал на себя ответственности по долгам корпорации. Такая корпорация даже занимается вполне легальным бизнесом. Может ли акционер быть освобожден от ответственности по долгам корпорации, если он «заставляет» корпорацию выполнить незаконное действие, не важно, сколь велика степень его контроля в отношении корпорации при совершении подобного незаконного действия? Ни мы, ни суды штата Огайо не признаем, что ответственность такого акционера ограничена … Очевидно, что обоснование, разъясняющее позицию права штата Огайо по вопросу «снятия корпоративной вуали» состоит в том, что вуаль должна быть снята, «если иной результат был бы несправедливым» … предполагает, что причинителю вреда не будет позволено укрыться за юридической фикцией (корпорацией. – прим. авт. – Я.К.[19].

Наконец, в проекте Концепции акцент сделан на ответственность учредителей/участников «компаний одного лица» по сделкам, заключенным во исполнение указаний учредителей/участников, при недостаточности имущества самой корпорации. Не сложно заметить, что в данном случае проект Концепции ограничивает ответственность участников корпорации ее договорными обязательствами, тогда как целесообразным, на наш взгляд, является возложение ответственности на учредителей/участников корпорации, в том числе, и по внедоговорным обязательствам, прежде всего, по деликтам. В литературе совершенно справедливо отмечается, что «обладатели требований, вытекающих из причинения вреда, достаточно уязвимы … Более «искушенные» кредиторы, такие, как владельцы облигаций и крупные кредиторы (читай, кредиторы по договорным обязательствам. – прим. авт. – Я.К.), могут оговорить правила ограниченной ответственности и также обладают возможностью уменьшить свой риск путем диверсификации вложений или процентной ставкой, устанавливаемой для займов»[20]. Кроме того, «по крайней мере в теории, кредитор по договорным обязательствам, имеющий дело с корпорацией, может вести переговоры относительно ограниченной ответственности, путем составления контракта, отражающего условия ограниченной ответственности акционеров. Так, например, кредитор может потребовать личных гарантий от акционеров корпорации, может потребовать «обещаний» (covenants), что корпорация не будет предпринимать определенных шагов, которые могут ослабить ее финансовое положение, или может установить цену, которая «отражает» стоимость дополнительного риска, наступающего при ведение дел с предприятием, собственники которого не несут ответственности по его обязательствам»[21]. Очевидно, что обладатели требований, вытекающих из причинения вреда и прочих внедоговорных требований, не обладают возможностью оговорить правила ответственности причинителя вреда или должника по внедоговорному обязательству. В тех случаях, когда у корпорации не оказывается имущества в объеме, достаточном для того, чтобы компенсировать вред, причиненный внедоговорным обязательством, логичным представляется вопрос о том, можно ли возложить ответственность на акционеров корпорации - причинителя вреда? Следует отметить, что в настоящее время в корпоративном праве США вопрос об ответственности акционеров за внедоговорные обязательства корпорации не получил однозначной оценки. В многочисленных публикациях по данному вопросу высказываются аргументы в поддержку распространения правил об ответственности акционеров корпорации за деликты, совершенные корпорацией, при определенных обстоятельствах[22]. Учитывая необходимость защиты кредиторов по внедоговорным обязательствам корпорации, мы полагаем, что вопрос о возможности

--34--

распространения режима «снятия корпоративной вуали» применительно, в том числе, и к случаям ответственности акционеров корпорации по внедоговорным обязательствам, подлежит самому серьезному изучению при формулировании предложения о включении института «снятия корпоративной вуали» в российское корпоративное законодательство.

Выводы:

1.     В общем и целом следует признать, что идея «снятия корпоративной вуали», сложившаяся в прецедентном праве американских судов, является важным инструментом защиты интересов кредиторов, так что предложение имплементировать данную концепцию в российское гражданское законодательство вызывает всемерную поддержку и одобрение.

2.     Вместе с тем, идея «снятия корпоративной вуали» в том виде, в каком она предложена в проекте Концепции, имеет следующие недостатки:

 

i.                   В прецедентном праве США сложилось несколько оснований, при наличии которых корпоративная вуаль будет снята, а юридическая фикция – проигнорирована. Совершение хозяйственным обществом сделок во исполнение указаний своего единственного учредителя (участника) и недостаточность имущества у самого хозяйственного общества как единственное основание для «снятия корпоративно вуали», предложенное в проекте Концепции, будет способствовать возложению ответственности на участников корпорации по ее обязательствам только лишь в некоторых случаях, тогда как, по нашему мнению, перечень оснований для «снятия корпоративной вуали» нуждается в расширении по определенной аналогии с прецедентным правом США.

ii.                 Предложение применять идею «снятия корпоративной вуали» исключительно к «компаниям одного лица» также способно существенным образом ограничить случаи использования данного института, так как включение в состав участника с номинальным количеством принадлежащих ему акций (долей) лишает такое юридическое лицо статуса «компании одного лица».

iii.               Предложенное авторами проекта Концепции использование идеи «снятия корпоративной вуали» исключительно в отношении договорных обязательств также способно существенным образом снизить эффективность данного способа защиты прав и законных интересов кредиторов. Полагаем целесообразным рассмотреть вопрос о возможности распространения идеи «снятия корпоративной вуали» и по внедоговорным обязательствам юридического лица, прежде всего, по его деликтным обязательствам.

Автор признает, что высказанные нами предложения не бесспорны и с благодарностью примет возможные комментарии и замечания по адресу электронной почты jaroslav.karnakov@gmail.com 

--35--



[1] Melvin Aron Eisenberg. Corporations and Other Business Organizations. Ninth Edition – Unabridged. Foundation Press, New York, 2005. p. 220.

[2] Frank H. Easterbrook, Daniel R. Fischel. The Economic Structure of Corporate Law. Harvard University Press, 1991. p. 40.

[3] В большинстве случаев, как мы отметили ранее, идея «снятия корпоративной вуали» сложилась и получила свое развитие в прецедентном праве. Вместе с тем, в корпоративном законодательстве некоторых штатов данная идея получила легальное закрепление. Примером может служить статья 2.21 Закона о предпринимательских корпорациях штата Техас (Texas Business Corporation Act).

[4] См., например, William A. Klein, J. Mark Ramseyer, Stephen M. Bainbridge. Business Associations. Agency, Partnerships, and Corporations. Seventh Edition. Foundation Press, 2009. pp. 294 – 298.

[5] Cox & Hazen on Corporations, including Unincorporated Forms of Doing Business. Second Edition. Volume I. James D. Cox, Thomas Lee Hazen. Aspen Publishers, 2003. p. 274 – 275.

[6] Jesse H. Choper, John C. Coffee, Ronald J. Gilson. Cases and Materials on Corporations. Sixth Edition. Aspen Publishers, 2004. p. 255 – 256.

[7] Cox & Hazen on Corporations, including Unincorporated Forms of Doing Business Publishers, 2003. p. 275.. Second Edition. Volume I. James D. Cox, Thomas Lee Hazen. Aspen

[8] См., например, п. 3 ст. 56 ГК РФ, согласно которому «если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам».

[9] См., например, п. 22 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 19 от 18 ноября 2003 года «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах».

[10] С текстом проекта Концепции можно ознакомиться на портале российского частного права по адресу в Интернете http://www.privlaw.ru/index.php?section_id=24 (дата рецепции – 01 августа 2009 года). 

[11] Пункт 3.9. параграфа 1 «Законодательство о статусе и видах хозяйственных обществ» подраздела 6 «Законодательство о хозяйственных обществах» раздела II «Законодательство об отдельных видах юридических лиц» проекта Концепции.

[12] Там же.

[13] В тексте проекта Концепции используется выражение «снятие корпоративной маски». Данный перевод выражения «piercing the corporate veil» нам представляется не вполне удачным, поскольку слово «veil» переводится именно как «вуаль».

[14] Jesse H. Choper, John C. Coffee, Ronald J. Gilson. Cases and Materials on Corporations. Sixth Edition. Aspen Publishers, 2004. p. 256 – 257.

[15] Jesse H. Choper, John C. Coffee, Ronald J. Gilson. Cases and Materials on Corporations Publishers, 2004. p. 256. Интересно отметить, что проект Концепции также не отвечает на вопрос о том, может ли ответственность по долгам юридического лица возложена не только на участников корпорации, но и на другие юридические лица, контролируемые теми же участниками (данный подход является своеобразной интерпретацией доктрины alter ego, когда имущество корпорации, имущество ее участника или участников, а также имущество, принадлежащее другим корпорациям, контролируемым тем же участником или участниками корпорации, рассматривается как одно целое).. Sixth Edition. Aspen

[16] Следует отметить, что возможный вариант борьбы с подобной негативной практикой при реорганизации юридических лиц был предложен Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 22 Постановления от 18 ноября 2003 года № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах», согласно которому «на основании пункта 3 статьи 60 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 6 статьи 15 Закона судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда утвержденный при реорганизации общества разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного общества, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного общества перед его кредиторами. К такой же ответственности (солидарной) должны привлекаться созданные в результате реорганизации общества (включая то, из которого выделилось новое общество), если из разделительного баланса видно, что при его утверждении допущено нарушение принципа справедливого распределения активов и обязательств реорганизуемого общества между его правопреемниками, приводящее к явному ущемлению интересов кредиторов этого общества (пункт 1 статьи 6 и пункт 3 статьи 60 Гражданского кодекса Российской Федерации)».

[17] Kinney Shoe Copr. V. Polan, 939 F.2d 209, 211-212.

[18] Dudley v. Smithцитируя решение по делу Shamrock Oil and Gas Co. v. Ethridge, D.Colo., 1958, 159 F. Supp. 693, 697)., 504 F. 2d 979, 982 (

[19] Carter-Jones Lumber Co. v. LTV Steel Co., 237 F.3d 745, 749.

[20] Cox & Hazen on Corporations, including Unincorporated Forms of Doing Business. Second Edition273.. Volume I. James D. Cox, Thomas Lee Hazen. Aspen Publishers, 2003. p.

[21] William A. Klein, J. Mark Ramseyer, Stephen M. Bainbridge. Business Associations. Agency, Partnerships, and Corporations. Seventh Edition. Foundation Press, 2009. p. 234.

[22] См., например, Should Shareholders Be Personally Liable for the Torts of Their Corporations? 76 Yale Law Journal 1190 (1967), The Validity of Limited Tort Liability for Shareholders in Close Corporations, 23 American University Law Review 208 (1973), Hansmann Henry & Kraakman Reinier, Toward Unlimited Shareholder Liability for Corporate Torts, 100 Yale Law Journal 1879 (1991).

 

Все данные, имена и должности публикуются на дату выхода соответствующего номера журнала.

Копирование любых материалов с сайта допускается только при указании на источник с активной ссылкой на сайт http://www.российское-право.рф/

 



 

© Вербицкая Ю. О., 2010-2012г.
Советы по макияжу для женщины-юриста