Главная / Архив номеров / № 9 (62) 2009 /Статья Концепция развития гражданского законодательства: некоторые общие и частные предложения

Концепция развития гражданского законодательства: некоторые общие и частные предложения

Автор: Белых В. С.

Опубликовано: Российское право: образование, практика, наука № 9 (62) 2009

Страницы: 20-26

Белых Владимир Сергеевич, заведующий кафедрой предпринимательского права Уральской государственной юриди-ческой академии, доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки РФ.

Общие (системные) предложения

1.По мнению разработчиков Концепции, к настоящему времени назрела необходимость внесения в ГК РФ двухпринципиальных изменений системного характера. Во-первых, в круг отношений, регулируемых гражданским законодательством и определяющих его предмет (ст. 2 ГК), предлагается включить корпоративные отношения. Этим, в известной мере условным, названием охватывается уже достаточно четко обособившаяся группа интенсивно развивающихся отношений по созданию юридических лиц корпоративного типа, участию в них и связанным с таким участием обязательствам. Во-вторых, необходимо создание в ГК комплекса взаимосвязанных институтов вещного права, имеющих своей основой право собственности и объединенных развернутой системой общих норм вещного права.

Бесспорно, что указанные изменения носят принципиальный характер. В этой связи хотелось бы высказать ряд соображений по поводу корпоративных отношений. Предложение, действительно, вызывает неоднозначную реакцию. Корпоративные отношения – экономические отношения со сложной структурой. На наш взгляд, их можно условно группировать на внешние и внутренние. В состав внешних корпоративных отношений входят отношения, возникающие, например, между акционерами, акционерным обществом и акционерами; отношения, складывающиеся между внешними обособленными подразделениями (филиалами и представительствами) и хозяйственном обществом; отношения между материнской (преобладающей) компанией и зависимыми (дочерними) обществами; отношения между коммерческими организациями в составе предпринимательского объединения[1]. Именно эта группа корпоративных отношений составляет предмет гражданско-правового регулирования. Соответственно корпоративные правоотношения можно рассматривать как вид гражданских правоотношений[2].

Как видим, одна из серьезных проблем, стоящих перед законодателем, состоит в том, чтобы очертить круг корпоративных отношений, являющихся предметом гражданского права. Ситуация еще в большей степени усугубляется в поисках определения понятия «корпорация». Ведь не секрет, что в действующем законодательстве отсутствует данное определение. Термин «корпорация» используется в Федеральном законе «О некоммерческих организациях» применительно к определению правового положения такой формы некоммерческой организации как государственная корпорация. В силу п. 1 ст. 7.1 названного закона, государственной корпорацией признается не имеющая членства некоммерческая организация, учрежденная Российской Федерацией на основе имущественного взноса и созданная для осуществления социальных, управленческих или иных общественно полезных функций. Государственная корпорация создается на основании федерального закона. Даже на первый взгляд видно, что государственная корпорация в контексте закона о некоммерческих организациях не вписывается в концепцию и модель корпорации. Такая конструкция плохо вписывается в общую логику ГК о юридических лицах.

--20--

Итак, «корпорация» в собственном смысле этого слова представляет собой акционерное общество, известное как континентальному, так и российскому праву. Все остальные коммерческие организации (за исключением унитарных предприятий) можно отнести к организациям корпоративного типа. Холдинги, финансово-промышленные группы, иные предпринимательские объединения без статуса юридического лица также являются организациями корпоративного типа. В российском праве можно выделить непредпринимательские (некоммерческие) корпорации, в которых применяется принцип личного участия участников в деятельности такой корпорации. Это – общественные организации (объединения), некоммерческие партнерства.

Однако авторы Концепции по развитию гражданского законодательства пошли по первому пути, которым охватывается широкий круг юридических лиц. Насколько этот путь правильный? Как говорится, поживем - увидим.

2. На наш взгляд, одной из магистральных линий по совершенствованию общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации, с позиции науки предпринимательского права, должно быть более широкое использование в ГК РФ предпринимательско-правовых начал, в том числе, терминологии. Образно говоря, ГК РФ следует «коммерциализировать».

Процесс коммерциализации должен затронуть разные сегменты правового регулирования экономических отношений. Несколько примеров. Свобода экономической (предпринимательской) деятельности – основополагающий принцип гражданского права. Этот принцип закреплен в ст. 8 Конституции РФ, в соответствии с которой в Российской Федерации гарантируется свобода экономической деятельности. Более конкретно данный принцип раскрывается в ст.34 Основного Закона: «Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом экономической деятельности». Предлагаем в этом контексте сформулировать в ст. 1 ГК РФ принцип свободы экономической (предпринимательской) деятельности. Конечно, можно возразить против названного принципа, поскольку он содержится в Конституции РФ. Но в Основном Законе правило о свободе экономической деятельности не звучит как принцип. В ГК – кодексе рыночной экономики – принцип свободы экономической (предпринимательской) деятельности занял бы достойное место[3].

Статью1ГК РФ (пункт 1) следует также дополнить, указав, что данный перечень принципов гражданского законодательства не является закрытым. Они (принципы) могут быть прямо выражены или подразумеваться в силу федерального закона и правовых позиций Конституционного Суда РФ.

Простой пример: известный принцип гражданского права – принцип надлежащего исполнения обязательств – прямо не сформулирован в ГК РФ.

Свобода экономической (предпринимательской) деятельности – основополагающий принцип гражданского права. Более конкретно (кроме ст. 8 Конституции РФ) данный принцип раскрывается в ст. 34 Основного Закона: «Каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом экономической деятельности». Предлагаем в контексте коммерциализации ГК РФ сформулировать принцип свободы экономической (предпринимательской) деятельности.

2.1. Статья 1 ГК РФ (пункт 2). Следует устранить противоречие в формулировках ГК и Конституции РФ. В силу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны и безопасности государства. В ГК РФ (п. 2 ст. 1) говорится, что гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона. Сопоставляя нормы Конституции РФ (ч. 3 ст. 55) и ГК РФ (п. 2 ст. 1) можно прийти к выводу о том, что объем гражданских прав субъектов, с точки зрения кодекса, может быть ограничен и другими нормативными правовыми актами. Поэтому предлагаем в цитируемом пункте статьи 1 ГК РФ заменить фразу «на основании федерального закона» и привести ее в полное соответствие с положением ч. 3 ст. 55 Конституции РФ.

2.2. Статья 2 ГК РФ (пункт 1). Предлагаем внести изменения в определение понятия «предпринимательской деятельности». Во-первых, указать на то, что предприниматель

--21--

ская деятельность – это экономическая деятельность. Во-вторых, дополнить «деятельность, направленная на систематическое извлечение прибыли (дохода)». Для коммерческих организаций основная цель – извлечение прибыли, для индивидуальных предпринимателей – получение дохода. Так, согласно ст. 209 Налогового кодекса РФ, объектом налога на доходы физических лиц, в том числе лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, являются именно доходы, а не прибыль.

2.3. Еще один пример коммерциализации ГК РФ. Совершенствование корпоративного законодательства, включая и акционерное, нельзя представить без вопроса об интегрированных бизнес-структурах. Здесь речь идет о холдингах, концернах, консорциумах, пулах и других предпринимательских объединениях. Предпринимательские объединения – это тема комплексного (межотраслевого) регулирования; она не вписывается в структуру и концепцию Гражданского кодекса России*. В соответствии со ст. 121 ГК РФ, юридические лица вправе объединяться в ассоциации и союзы, которые являются некоммерческими организациями. В то же время, предпринимательские объединения не обладают статусом юридического лица, хотя при этом преследуют в качестве основной цели – получение прибыли. По этой причине предпринимательские объединения не названы в Концепции развития гражданского законодательства, за исключением государственных корпораций.

3. Третье (магистральное) направление в развитии гражданского законодательства – это законодательство о ценных бумагах и фондовом рынке.

Авторы Концепции развития гражданского законодательства предлагают провести ревизию размещенных в различных разделах ГК норм о ценных бумагах, чтобы (1) исправить имеющиеся в кодексе внутренние противоречия цивилистической конструкции ценной бумаги; (2) дополнить общие положения ГК о ценных бумагах нормами общего характера, которые имеются в нормативных актах, регулирующих отдельные виды бумаг (например, в вексельном законодательстве). При этом положения главы 9 ГК РФ должны выполнять функцию своеобразной «общей части» права ценных бумаг.

Такая позиция в целом заслуживает поддержки. Но есть ряд принципиальных вопросов. Во-первых, следует определить соотношение между общими положениями ГК о ценных бумагах и специальными законами. Основные положения о ценных бумагах необходимо включить в общую часть Гражданского кодекса РФ. Это – бесспорный факт. Но ценные бумаги, другие финансовые инструменты не сводятся к такой «жалкой классификации», которая в настоящее время содержится в главе 7 кодекса (ст. 143, 145, 149). Но тогда возникает вопрос: каковы масштабы разработки видов ценных бумаг для кодекса и что оставить в специальном законодательстве? Известно, что действующий закон «О рынке ценных бумаг» посвящен, в основном, статусу профессиональных участников фондового рынка. Законодательство о рынке ценных бумаг и ценных бумагах – это не совпадающие понятия. Как верно отмечалось в литературе, первое шире второго. По этой причине мы предлагали (наряду с действующим законом о рынке ценных бумаг) принять закон о ценных бумагах[4], который включил бы положения о ценных бумагах (в том числе об ипотечных ценных бумагах). Хотя, как известно, законодатель пошел по иному пути, в частности, был принят Федеральный закон «Об ипотечных ценных бумагах».

Частные предложения

1. Статья 3 ГК РФ (пункт 2). Предлагаем исключить из текста следующее правило: «Нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать настоящему кодексу». Все федеральные законы, действующие на территории России, юридически равны, а потому не может быть

--22--

первых, вторых и т.д. Известна правовая позиция Конституционного Суда РФ о том, что «в статье 76 Конституции Российской Федерации не определяется иерархии актов внутри одного их вида, в данном случае - федеральных законов. Ни один федеральный закон в силу статьи 76 Конституции Российской Федерации не обладает по отношению к другому федеральному закону большей юридической силой». Если сохранить цитируемое правило ГК РФ, то тогда следует внести изменения в ст. 76 Конституции России.

1.1. Необходимо более четко определить место в системе актов, содержащих нормы гражданского права, в частности, акты министерств, иных федеральных органов исполнительной власти, а также степень их обязательности для договора. В статье 3 ГК РФ установлено, что министерства и иные федеральные органы исполнительной власти могут издавать акты, содержащие нормы гражданского права, в случаях и в пределах, предусмотренных настоящим кодексом, другими законами и иными правовыми актами. Однако в дальнейшем ГК практически не упоминает ведомственные акты, а использует, в основном, формулу «закон и иные правовые акты», понимая под иными правовыми актами указы Президента Российской Федерации и постановления Правительства Российской Федерации. Это создает трудности в решении вопроса об обязательности ведомственных актов. Например, п. 1 ст. 422 устанавливается, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения.

Указанная норма породила вопрос - должен ли договор соответствовать императивным нормам, содержащимся в ведомственных актах? В литературе и судебной практике этот вопрос решается по-разному. В этой связи, в этом и подобном случаях законодателю следует добиться большей определенности.

1.2. Статья 5 ГК РФ (пункт 2). Следует расширить рамки обычая и не сводить его только к ОДО. Предлагаем использовать термин «правовой обычай» – источник права, т.е. неоднократно и достаточно широко применяемое правило поведения, отражающее правовое содержание общественных отношений. Разновидностью правового обычая являются, в частности, обычаи делового оборота, торговые обычаи и т.д.

2. Статья 10 ГК РФ. В статье 10 ГК РФ отсутствует определение злоупотребления правом. Здесь названы лишь две его формы (осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу и использование права в целях ограничения конкуренции). Предлагаем определить основной признак злоупотребления правом – использование права для достижения целей, определенных в законе как недопустимые. Цели, для достижения которых использование гражданских прав не допускается, могут быть определены как в ст. 10 ГК РФ, так и в других федеральных законах[5].

2.1. В качестве отдельной разновидности злоупотребления правом предлагается выделить использование гражданских прав, направленное на возникновение гражданско-правового обязательства исключительно с целью приобретения прав и (или) освобождения от исполнения обязанностей в сфере отношений, основанных на власти и подчинении.

2.2. Более подробно предлагается определить последствия злоупотребления правом. В частности, необходимо определить, предполагает ли отказ в защите права со стороны суда наложение на лицо, допустившее злоупотребление, обязанности по возмещению пострадавшему убытков.

2.3. Предлагаем изложить абз. 1 ч. 1 ст. 10 ГК РФ в следующей редакции: «Не допускается осуществление прав, нарушающее интересы других лиц и направленное исключительно на причинение вреда этим лицам, либо направленное на возникновение гражданско-правового обязательства исключительно с целью приобретения прав и (или) освобождения от исполнения обязанностей в сфере отношений, основанных на власти и подчинении, а также в иных предусмотренных законом случаях, когда осуществление права направлено на нарушение интересов других лиц или общественных интересов».

3. Статья 12 ГК РФ. Предлагаем слова «иными способами, предусмотренными законом» заменить на «иными способами, не противоречащими закону». Поскольку действующая редакция этой статьи ГК РФ противоречит ст. 46 Конституции РФ, предус-

--23--

матривающей, что защита нарушенных прав может осуществляться любыми способами, прямо не запрещенными законом. С этой точки зрения способы защиты гражданских прав могут быть предусмотрены и в федеральных законах, и в гражданско-правовых договорах.

4. Предлагаем в подразделе 1 раздела I ГК РФ посвятить отдельную статью отраслевым гражданско-правовым презумпциям: добросовестности, разумности и вины. Закрепление презумпций добросовестности и разумности в настоящее время в ст. 10 ГК РФ значительно сужает сферу их использования (только осуществлением гражданских прав), презумпция же вины установлена в подотрасли обязательственного права, хотя является общеотраслевой[6].

5. Статья 23 ГК РФ (пункт 2). Предлагаем сформулировать данный пункт в следующей редакции: «Глава крестьянского (фермерского) хозяйства без образования юридического лица признается предпринимателем с момента его государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя», а также убрать ссылку на момент государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства, поскольку хозяйство не является юридическим лицом.

6. Статья 26 ГК РФ (пункт 2). Слова «в кредитные учреждения» следует заменить на «в кредитные организации» в соответствии с терминологией, принятой в ГК РФ и законе о Банке России.

7. Статья 50 ГК РФ (пункт 2). Предлагаем установить закрытый перечень юридических лиц, являющихся некоммерческими организациями.

8. Статья 54 ГК РФ. В п. 1 ст. 54 ГК РФ предусматривается, что юридическое лицо имеет «наименование»; в п.4 указано на то, что юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, должно иметь «фирменное наименование». Такое разделение наименований юридических лиц на собственно наименование и фирменное наименование совершенно не имеет предпосылок и обоснования. Вид юридического лица – коммерческая или некоммерческая организация – может иметь значение только для определения требований, предъявляемых к содержанию фирменного наименования (например, фирменное наименование некоммерческой организации должно содержать указание на характер ее деятельности). В остальном же правовой режим наименований коммерческих и некоммерческих организаций должен быть одинаковым. Закон должен предоставлять равную правовую регламентацию данным обозначениям и обеспечить их правообладателей одними и теми же возможностями для защиты. В настоящее время правовой режим фирменных наименований урегулирован главой 76 ГК РФ. При этом правовой режим наименований некоммерческих организаций вообще никак не урегулирован, что создает в этом вопросе очевидный правовой вакуум.

С учетом изложенного, предлагаем отказаться от проводимого в ст. 54 ГК РФ деления наименований на указанные два вида, и распространить категорию «фирменное наименование» на все виды юридических лиц. Соответственно, необходимо убрать содержащееся в ст. 1473 ГК РФ указание на то, что под фирменным наименованием в гражданском обороте выступает только коммерческая организация.

9. Статья 65 ГК РФ (пункт 1) устанавливает круг лиц, которые не могут быть признаны несостоятельными (банкротами) по законодательству РФ. Представляется целесообразным, чтобы перечень таких лиц был установлен только в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)». Ст. 65 ГК РФ могла бы иметь следующую редакцию: «Юридическое лицо, за исключением случаев, предусмотренных законом о несостоятельности (банкротстве), по решению суда может быть признано несостоятельным (банкротом). Признание юридического лица несостоятельным (банкротом) влечет его ликвидацию.

Основания признания судом юридического лица несостоятельным (банкротом), порядок ликвидации такого юридического лица, а также очередность удовлетворения требований кредиторов устанавливаются законом о несостоятельности (банкротстве)».

10. Статья 132 ГК РФ. Из пункта 1 необходимо убрать абз. 2: «предприятие в целом

--24--

как имущественный комплекс признается недвижимостью», а из пункта 2 абз. 2 убрать слова «долги», а также исключительные права, которые относятся к субъектам права, а не объектам гражданских прав.

11. Статья 424 ГК РФ. Предлагаем внести соответствующее изменение в п. 3 ст. 424 ГК РФ и привязать цену, взимаемую при «сравнимых обстоятельствах», к определенному времени, допустим, к моменту заключения договора.

Норма п. 2 ст. 424 ГК РФ необоснованно дублирует предписания п. 1 ст. 450 ГК РФ. Изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом, либо в установленном законом порядке (п. 2 ст. 424 ГК РФ). Условие о цене, как и всякое другое условие соглашения, является составной частью целого, каким является договор, поэтому, говоря об изменении цены (частного), мы невольно касаемся вопроса об изменении договора (целого). В свою очередь, последнее (изменение договора) подчиняется нормам главы 29 ГК РФ. Как следует из п. 1 ст. 450 ГК РФ, изменение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором.

Эти и другие предложения по совершенствованию первой части ГК РФ были направлены в Администрацию Президента РФ и Исследовательский центр частного права.

--25--

 



*Гражданский кодекс РФ в какой-то мере (опосредованно) очерчивает юридические контуры холдинга (через конструкции дочерних и зависимых хозяйственных обществ).



[1] Белых В.С. О корпорации, корпоративных отношениях и корпоративном праве // Бизнес, менеджмент и право. 2006. № 2. С. 58-59.

[2] Зурабян А. А. Корпоративные правоотношения как вид гражданских правоотношений. Автореф. … канд. юрид. наук. М., 2008.

[3] С таким же предложением выходит В. К. Андреев. См.: Андреев В. К. О проблемах совершенствования ГК РФ // Государство и право. 2009. № 3. С. 45.

[4] Белых В. С. Правовое регулирование предпринимательской деятельности в России. М., 2005. С. 120-121.

[5] И. Приходько предлагает весьма осторожно вводить в кодекс новые положения о злоупотреблении правом, с чем мы также согласны. В сфере права должен действовать такой же принцип, что и в медицине: «Не навреди». См.: Приходько И. Концепция развития гражданского законодательства. Спорные и нерешенные вопросы // Приложение к журналу «Хозяйство и право». 2009. № 8. С. 12-15.

[6] Кузнецова О. А. Презумпции в российском гражданском праве. Пермь, 2002.

 

Все данные, имена и должности публикуются на дату выхода соответствующего номера журнала.

Копирование любых материалов с сайта допускается только при указании на источник с активной ссылкой на сайт http://www.российское-право.рф/

 



 

© Вербицкая Ю. О., 2010-2012г.
Советы по макияжу для женщины-юриста  программы настройки микрофона . курить питер спб - электронные сигареты в спб